Начало социальной войны.

Какое же это гадкое чувство, когда у тебя отбирают то, что тебе принадлежит.………

По ул. Кальварийской, во дворике тюрьмы (как я это всегда называла) стоит один единственный дом. Три этажа, три подъезда, 36 квартир. Построили его еще в 51-м году военнопленные немцы, и получился он отменным: толстенные кирпичные стены, удачная планировка, потолки 2,9 метра, огромные окна, тепло зимой, прохладно летом. А год назад его еще зачем-то утеплили, а еще крышу новую положили, козырьки красивенькие сделали, в общем: не дом, а сказка. Одно только плохо (хотя лично я так не считаю) – его расположение: тюрьма напротив, левее прилегает воинская часть. Зато почти центр города и прямо напротив ст. метро Молодежная.

И вот решили то ли власти, то ли кто-то, кто властям отстегнул деньжищ, построить что-то неведомое и наверняка монументальное на месте всех этих необъятных территорий, занимаемых и тюрьмой, и воинской частью, и нашим домиком. И вот тут процесс начал протекать по тем самым бюрократически хитрым законам, приправленным удачной формулой: «Как бы похитрее всех нае*ать» (простите за мой французский.)

Но прежде, чем описать предсказуемую картину встречи с чиновником, расскажу про людей, их поведение и отношение к происходящему. 09.02.2007г. в двери каждой двухкомнатной квартиры всунули бумажку: «Прийти 12.02.2007г. в исполком по вопросу отселения дома. Каб. 123 с 9-00 до 13-00 и с 14-00 до 19-00». Вот тут следует отметить, что до этого момента никто ни разу жильцов дома про отселение не предупреждал, причину отселения не называл, и вообще люди жили только смутными слухами, спонтанно возникавшими, будоражащими всех и также внезапно растворявшимися… А уж про «испорченный телефон», благодаря которому молодые жильцы, сжав зубы, одними губами произносили «*лять», а старики хватались за сердце, я и говорить не хочу. Так вот, после такой информационно-справочной записки соседи начали по очереди бегать к нам и спрашивать «А что делать?». Я отвечала просто: брала в руки жилищный кодекс и зачитывала ст. 105, ни больше, ни меньше. На вопрос «А что вы будете делать?» ответ был один: «Воевать, потому что нас всех захотят крупно обмануть».

- Так у нас будет то же, что и в Нижнем Бутово? – с улыбкой и надеждой в голосе спрашивали они.
- А кто же, по-вашему, будет Кучереной – с сарказмом интересовались мы.
- Ну конечно же Вы, кто же еще? – показывали они уверенными пальчиками на маму.
- Позвольте….. – качала она головой, приподняв левую бровь.

К этому моменту уже было ясно, что никто ничего не хочет делать сам, все хотят, чтобы оно либо само, либо кто-то за них. А потому нашим маленьким семейным советом было принято решение молчать, больше слушать и бороться только за себя, ибо за нас в этом доме уж точно глотку драть никто не будет. (Не смотря на это решение и обещание, данное маме, я все-таки минимально объяснила некоторым особо горячо любимым соседям, минимальные права, соблюдение которых они могут требовать)

Итак, 12 февраля в 9-30 мы прибыли в исполком и застряли в очереди в управление жилищной политики (оно же КВАРТИРНЫЙ ОТДЕЛ). Люди выходили с кислыми минами. Ну конечно, а кто будет радоваться, когда тебя, проживающего в самом центре, предлагают выселить в Сухарево, Лошицу и Малиновку? Больше всего, кстати, меня поразил и выбил из равновесия сосед, в квартире которого проживает две семьи. Это ему я объясняла, что их должны расселить, то есть им полагается две квартиры, либо, по крайней мере, не менее 15 метров общей и 12 метров жилой площади на человека, т.е. ~ 90 м.кв. Им предложили двухкомнатную на всех шестерых площадью 60 метров…. На мой вопрос, почему они согласились, он ответил: «Ну… эта… так он же [чиновник] сказал, что это... не положено…»
Вот тут у меня пропало всякое желание зажигать кого-то как фонари… ЗАЧЕМ?? Если людям просто-напросто это все не нужно… ну нет прав и не надо… НЕ ПОЛОЖЕНО!!! Поражало, что вроде бы вменяемые люди даже не пытаются включить голову и спросить мало-мальски важные вопросы. Лично у нас с мамой был план узнать как можно больше инфы.

1. Попросить решение, на основании которого производится отселение.
2. Узнать за чей счет будет оформляться право собственности на новую жилплощадь (стоимость этого счастья более 300 000 и бесконечные очереди).
3. Узнать про установку телефона.
4. Выяснить про места отселения, планировку предлагаемых квартир.
5. И всякие вопросы по ходу.

Итак, о заместителе начальника отдела жилищной политики. Нас встретил человек в стоптанных ботинках, грязненьком пиджачке с короткими рукавами, цветастой гимнастерке, и угрожающе блеснув золотым зубом издал «Проходите» таким тоном, будто вместо этого хотел сказать «С каким бы удовольствием я Вас придушил…»

Мы назвали номер квартиры. Он сам назвал имена, мы кивнули. Предъявить документы, чтобы удостовериться, а мы ли это вообще, он не попросил.

- Я бы хотела получить кое-какую информацию – начала мама.
- …
- Могу ли я ознакомиться с решением, на основании которого Вы производите отселение.
- А его у нас нет – ответил он
- А на основании чего происходит то, что сейчас происходит? Самовольничаете? – осведомилась я.
- (пауза) у нас есть только номер, текст придет позже.
- Хорошо. – Кивнула мама и открыла записную – Давайте номер, мы его сами найдем, чтобы Вас не утруждать.
- А зачем он Вам нужен? Там нет для Вас сколько-нибудь значимой информации.
- Просто хотим убедиться, что мы действительно должны выселиться, а так же узнать судьбу дома: снесут его, или передадут какой-нибудь организации, или переведут в нежилой фонд.
- Для Вас это не имеет никакого значения.
- Значит так – не выдержала я – а Вам известно про право доступа граждан к информации? Между прочим, конституционное право.
- Я Вам сказал, что для Вас не имеет значение, что будет с домом. И вообще Указ Президента относительно застройки данной территории предназначен лишь для служебного пользования.
- Я, вообще-то, не спрашивала про Указ, но раз уж Вы сказали, номер не дадите? Я же его все равно не найду, он же для служебного пользования, следовательно Вы ни чем не рискуете.
- …
- Значит дом снесут… А точно?
- Точно.
- А почитать не дадите Решение или номер Указа??? – с максимальной настойчивостью и спокойствием.
- …
- Хорошо – начала свою партию мама – вот у меня ремонт дорогостоящий…
- А мне что делать?
- А Вам сейчас нужно внимательно слушать – улыбнулась я.
- Имею ли я право забрать с собой все свои стройматериалы, окна, входную дверь, гипсокартоновые перегородки? – продолжила мама.
- НЕТ КОНЕЧНО! – встрепенулся чиновник. – Только если Вы все приведете в первоначальное состояние.
- Так его же будут сносить! Зачем??? Или все-таки не будут?! – мама приподняла бровь.
- Так может, дадите номер решения? – улыбнулась я.
- Оно Вам ничем не поможет… - раздражаясь ответил дядечка.
- Хорошо, так и запишем, что информации нет – что-то черканула мама в ежедневнике.

Дальше был получен более менее нормальный ответ о том, что все расходы на оформление права собственности и само оформление берет на себя ЖРЭО, хотя я не удивлюсь, если выяснится, что ЖРЭО даже не известно об этом.

Про телефон было сказано, что он на данный момент не является неотъемлемой частью квартиры, как, например, унитаз, и вообще чиновник ничего об этом не знает.

И наконец мы перешли к главному вопросу (Я – я, М – мама, Ч - чиновник).

М: Итак, что Вы можете нам предложить?
Ч: Лобанка, Сухаревская, газ. Правда, Лошица.
Я: А на планировку квартир посмотреть можно?
Ч: А какая Вам разница, какая там планировка?
Я: А Вы готовы переехать, например, в сарай?
М: Нам ничего из этого не подходит. У меня есть ряд пожеланий: кирпичный дом, и мой район.
Ч: Хорошие пожелания, но я ничем не могу Вам помочь. Нам город выделил 26 квартир (а ничего, что в доме их 36? O_o) и если Вы откажетесь, то придется забирать то, что останется.
Я: Да Вы что? А Вы, кстати, знаете что такое помещение типовых потребительских качеств?
Ч: А Вы что ли знаете?
Я: Конечно знаю: тот же метраж, те же удобства, тот же район, та же экологическая обстановка и конечно же такая же развязка транспорта.
Ч: (взбесившись) что значит тот же район?
М: По линии метро, хотя бы… Хотите в сторону Каменной горки, хотите – в сторону Автозавода…
Ч: В центре города нет кирпичных домов!!!- почти заорал он.
Я: О! Мы уже о центре говорим!
М: Мне вполне подходят любой из домов строящиеся напротив Кальварийского кладбища…
Ч: Да Вы хоть знаете, кто их строит (тут следует вспомнить, что информация о застройке нашей территории была закрытой…)
М: А какая разница. Я знаю одно: в любом строящимся доме, кто бы этого не делал, часть квартир отдается городу.
Я: Кстати, а когда будет отселение?
Ч: Где-то в этом году
Я: Это послезавтра или к 31-му декабря?
Ч: …
М: В общем, мы отказываемся, ищите нам что-нибудь нормальное.
Ч: Мы не обязаны…
Я: Но ЭТО же ВАШИ ПРОБЛЕМЫ
Ч: (заорал) КАКИМ ТОНОМ ВЫ СО МНОЙ РАЗГОВАРИВАЕТЕ?
Я: Спокойным (улыбнулась)
Ч: Что значит наши проблемы?
Я: А то! Я не виновата в том, что этот дом изымают для государственных нужд или сносят. Вам это нужно, а значит это Ваша задача потрудиться сделать так, чтобы я оказалась в положении не менее выгодном чем то, в котором я прибываю сейчас. И только попробуйте его ухудшить… Кстати, Вы кому-то сказали, что компенсация не выплачивается? (в ст. 105 ЖК указано, что по желанию собственника ему предоставляется в собственность иное жилое помещения в пределах данного населенного пункта либо возмещается стоимость помещения, полученная на основании оценки независимого эксперта)
Ч: Если Вы откажетесь – выплачивается
Я: А каким образом происходит оценка?
Ч:…
Я: По рыночной стоимости? (1500$ за м.кв + 500$ на каждый м.кв. за евроремонт, итого получаем ~ 110 000$)
Ч: О чем вы говорите?!
Я: По балансовой? (ну что вам сказать, срок амортизации дома – 50 лет… значит его балансовая стоимость равна нулю)
Ч: …
М: Ну что ж, мы пойдем
Ч: (записывая карандашиком напротив фамилии что-то типа «отказались») К Вам будет заявлен иск на принудительное выселение [Гы! Напугал юристов иском. Да что б он знал, что защищаться легче, чем нападать!]
М: Ну, это еще вопрос, кто первым подаст иск.
Я: До свидания и до скорых многочисленных встреч. Сообщите, когда город даст вам новые квартиры.
М: До свидания.

В коридоре подлетели соседи: «Ну? Что предлагали?»
- Лобанка, Сухаревская… - ответила я.
- И что вы взяли
- А ничего :)
- Как? А что вы будете делать?
- Так ведь три раза предлагают – сделала я для них маленькое открытие.

Вот такая вот история. А теперь мысли по поводу:

1. До сих пор не могу понять, почему никто не попытался что-то узнать, поспорить, и, главное, не согласиться на первое предложение.
2. Хотя я и понимаю, что чиновник этот ни в чем не виноват, и вообще он маленький несчастный человечек, зажатый между двух огней: разгневанных нанимателей жилья и невидимой руки давящей его сверху, не могу отделаться от чувства ненависти и отвращения именно к нему. Хотя то, как дрожали у него руки и губы я заметила, и нервничал он к концу диалога весьма серьезно.
3. Само дело обстоит так: на данном моменте прощупать ситуацию и выявить всех, кто схавает сказочки вместе с изрядной порцией недосказанности, схватится за первое попавшееся и безропотно исчезнет и тех, с кем придется туго. А вообще, с точки зрения логики, должна быть специальная процедура, предусмотренная на крайний случай внутренними документами исполкома. Может быть кто-нибудь ее знает, ибо то, что происходило там – полная лажа. Если только в кабинете нет скрытых камер, то доказать, что мы приходили и от чего-то там отказывались и о чем-то там говорили – вообще невозможно.

Как всегда обидно за людей, которые даже не пытаются что-то поменять, посопротивляться РАДИ САМИХ СЕБЯ И ЧЛЕНОВ СВОИХ СЕМЕЙ. А мы прекрасно понимаем, что квартира в Лошице нам всегда достанется, так почему бы и да?

Начало маленькой войны за свои права? Посмотрим, что реально можно сделать в этой стране. Дальше пойдем к юристу, специализирующемуся именно в отрасли жилищного права. Я, к сожалению, увлеклась другой сферой гражданского права.

ЗЫ Если кто-то все-таки знает процедуру, по которой происходит отселение и т.д. поделитесь. Пойду что ли с превеликим удовольствием жалобу напишу.